Выбери язык

English French German Korean

Ваши отзывы о турбазах

Cайт о Байкале

     Шара-Hyp в переводе с бурятского языка означает «Желтое озеро». Располагается оно в лесистой части Ольхона на высоте 150 м над уровнем Байкала в 28 км от Хужира. Окружающие озеро сопки с лесом закрыва­ют его от ветров. Летом вода в нем быстро прогрева­ется, можно купаться, хотя с каждым годом это стано­вится проблематичней - озеро подвергается сильному усыханию. Это единственное крупное озеро на острове и если верить легенде, именно здесь бурятский охот­ник Хоредой похитил лебяжью одежду у купающейся небесной девы-лебедя и затем женился на ней. Озеро известно среди местного населения своими лечебными грязями, помогающими излечивать артриты, заболева­ния суставов и травмы костей. О многих разных местах с лечебными грязями в Прибайкалье рассказывают примерно одну и ту же историю. Обычно охотник, со­гласно местному преданию, преследует несколько дней раненого им оленя (сохатого, изюбра) и когда настигает его, ожидает увидеть обессиленного от раны и непре­рывного преследования зверя, но видит его встающим из грязи совершенно здоровым, полным сил и мощи. Охотник понимает, что эта грязь помогла излечить ра­неного зверя, а значит, может помочь - людям. Вода в озере насыщена микроорганизмами, особенно это за­метно зимой, когда внутри пожелтевшего льда можно увидеть вмороженные фиолетовые водоросли и раз­личные органические вкрапления.

     Раньше на озере постоянно гнездились красные утки, редкий вид - огарь, их численность превышала сотни птиц, сейчас их стало меньше. А на берегу пас­лись дикие мустанги, численность которых в конце 1980-х гг. была свыше 200 особей. В 1998 г. в газетной публикации сообщается: «Знаменитые ольхонские му­станги, происхождение которых объяснялось постепен­ным одичанием домашних лошадей, вытесненных из хозяйств и колхозов с приходом техники, были полно­стью истреблены к концу 90-х. Еще в начале 80-х годов речь шла о значительной популяции мустангов - их на­считывалось несколько сотен особей, существующих отдельными табунами и парами. На тот момент суще­ствовала даже общественная инициатива придать им статус нашей лошади Пржевальского, но это было до­вольно хлопотно, так как юридически они по-прежнему считались колхозным стадом, хотя уже несколько поко­лений не знали человека, жили в лесу и были абсолют­но дикими. Не успели ни статус придать, ни лошадей сохранить. Варварское их истребление завершилось в считанные годы: браконьерскую охоту на мустангов на­звали ольхонским сафари».

     По словам Виталия Рябцева, заместителя начальни­ка Прибайкальского национального парка, лишь с ма­ралами и косулями на острове сегодня более или менее благополучная картина, и то благодаря вмешательству человека в процесс пополнения популяции, когда в 70-х годах охотуправление Иркутской области завезло груп­пу из 30 маралов и столько же косуль с Саян. Сейчас популяция на острове, почти полностью истребленная в конце 60-х, возродилась и насчитывает до 250 благо­родных оленей и 150 косуль.

     По долине ручья Ташкиней проходит грунтовая до­рога от Хужира на восточный берег острова (40 км). Это красивая поперечная долина на острове густо заросла разнообразной древесной растительностью, чем силь­но отличается от редкого соснового и лиственного леса западного побережья острова. В устье ручья, пади Таш­киней (от бур. тэшэхэ, тэшэгэнэхэ - ускакать, убежать, скрыться, т. е. падь, в которой укрывались от неприяте­ля) когда-то был небольшой бурятский улус, затем по­сёлок, на запруде в ручье работала мельница. Сейчас от поселка практически не осталось следов, а падь с пышной растительностью облюбовали рыбаки и тури­сты. Археологи открыли здесь стоянки и захоронения древних людей эпохи неолита.