Выбери язык

English French German Korean

Ваши отзывы о турбазах

       Площадь Декабристов (Куйбышевскии район) прежде называлась Успенской. На ней в 1843 г. была посроена Успенская церковь. Решением исполкома юродского Со­вета рабочих и красноармейских депутатов 5 ноября 1930 г. (к третьей годовщине Великого Октября) переи­менована в площадь Декабристов. Ныне застроена мно­гоэтажными жилыми домами.

         Иркутская губерния при царизме была одним из мест политической каторги и ссылки. Еще в 1649 году «Уло­жение» царя Алексея Михайловича установило ссылку «На житье на Лену». Одним из первых проследовал в ссылку через Иркутск в Братский острог русский про­светитель и писатель XVII века протопоп Аввакум. Массовая же политическая ссылка в Сибирь началась с XIX века. Большую роль в культурном и обществен­ном развитии Сибири сыграли политические ссыль­ные... «Залетными птицами» называл их иркутский пи­сатель Федоров-Омулевский:

                             Много залетные гости

                             Пищи стране принесли...

                            Мы в благодарность их кости

                            В мерзлой земле сберегли...

         Не только кости... Сибиряки сберегли их имена. Имена тех. кто сеял в народе «разумное, доброе, веч­ное». Особенно глубокий след оставили декабристы.

          Первая группа декабристов прибыла в Иркутск 25 августа 1826 года. Это были Сергей Трубецкой,  Ев­гений Оболенский, Артамон Муравьев, Василий Давы­дов, Александр Якубович, Сергей Волконский, Андрей и Петр Борисовы. Прибыли в кандалах и в сопро­вождении жандармов. При въезде в город, у Москов­ских ворот, толпа иркутян радушно встретила декаб­ристов. Здесь они пробыли всего несколько дней. Поскольку мерой наказания этой группе декабристов значилась каторга, их определили на ближайшие к Ир­кутску заводы. Так. Якубович и Оболенский работали на Усольском солеваренном заводе, Волконский и Тру­бецкой — на Николаевском железоделательном, Давы­дов, братья Борисовы и А. Муравьев — на Александ­ровском винокуренном заводе. Везде был тяжелый ка­торжный труд. Но для царя Николая I и это наказание для «смутьян» показалось мягким. В октябре того же года последовало распоряжение отправить всех декаб­ристов, осужденных на каторгу, в Забайкалье, на руд­ники Нерчинского горного округа. Там, писал декаб­рист В. И. Штейнгойль, «совершенно темные камеры, железные запоры, четырехсаженный тын, не допуска­ющий ничего видеть, кроме неба, должны были ужас­нуть каждого».

           За некоторыми декабристами на каторгу последова­ли их жены, чем открыто выразили протест против жестокого приговора царизма. Они стремились облег­чить участь своих мужей.

          Первой в Иркутск приехала Е. И. Трубецкая. В доме иркутского головы Е. А. Кузнецова, по улице Шалашниковской, она прожила 4 месяца и добилась разрешения выехать к мужу на Нерчинские рудники. В этом же доме, на пути в Забайкалье, oстановились М. Н. Волконская, А. Г. Муравьева. Через Иркутск про­следовали также М. К. Юшневская, Е. П. Нарышкина П. Е. Анненкова, Н. Д. Фонвизина, А. В. Ентальцева, И. Давыдова и другие. Мужественный подвиг этих женщин-героннь описал Н. А. Некрасов в поэме «Рус­ские женщины».

       В середине 30-х годов окончился срок каторги де­кабристов. Их стали отправлять на поселение в раз­личные места Восточной Сибири. Постепенно вокруг Иркутска образовалась колония декабристов, в городе им не разрешалось селиться. В деревне Малой Раз­водной жили А. П. Юшневский, А. 3. Муравьев и бра­тья П. И. и А. И. Борисовы, в Урике — М. С. Лунин,

С. Г. Волконский, В. Б. Вольф, братья А. М. и Н. М. Муравьевы, А. Н. Панов, в Оеке — С. П. Трубецкой, Ф. Ф. Вадковский. В Усть-Куде — братья А. В. и И. В. Поджио, П. А. Муханов, А. Н. Сутгоф, в Олонках — Ф. Раевский, в Смоленщине - В. А. Бечаснов.

        Декабристы быстро нашли общий язык с крестья­нами, сдружились с ними. Они обсуждали меры по улучшению хозяйства, опираясь на достижения агроно­мической науки. Вводили новые культуры, внедряли овощи, разводили сады, учили этому крестьян. Так,

В. А. Бечаснов организовал в Смоленщине маслобойку.

             Новые книги, журналы по агрономии, другую литера­туру, а также оборудование и деньги декабристы полу­чали от своих российских родственников.

            С декабристов началось благотворное влияние ссыльных на культурное и политическое развитие Си­бири.

        Воспитанник декабристов, друг Н. А. Некрасова, И.С.Тургенева и М. Е. Салтыкова-Щедрина, извест­ный врач Н. А. Белоголовый пишет в своих воспомина­ниях: «Алексею Петровичу—так звали Юшневского— было тогда за 50. Ровность его характера была изуми­тельная, всегда серьезный, он даже шутил, не улыба­ясь, и тем не менее в обращении его с нами мы посто­янно чувствовали, хотя он нас никогда не ласкал, его любовное отношение к нам и добродушие. На уроках он был всегда терпелив, никогда не поднимал своего голоса... Юшневский, кроме того, был хороший музы­кант и слыл чуть ли не лучшим учителем для фортепи­ано в Иркутске... Если Юшневский нам импонировал своим обширным умом и сдержанностью, и мы питали к нему благоговейное уважение, не лишенное некото­рого трепета, то с Борисовым у нас завязалась прямая и самая бесхитростная дружба... Он нас увлекал боль­шой своей страстью к природе и к естественным нау­кам, которые изучил недурно, особенно растительное и пернатое царство Сибири, рисовал же он птиц и жи­вотных с замечательным мастерством... В жилище Бо­рисова нас всегда манила собранная им небольшая кол­лекция сибирских птиц и мелких животных...».

        В селе Олонки покоится прах героя Отечественной войны 1812 года майора В. Ф. Раевского. Рядом с ним погребены его жена и сын. Раевский принимал участие в 11 сражениях, на­гражден орденами и золотой шпагой. Человек прогрес­сивных взглядов, он был арестован за антимонархиче­скую агитацию среди военных. Пять лет он провел в Петропавловской крепости. Раевский — первый декабрист, лишенный чинов, дворянства и свободы еще до восстания на Сенатской площади.

         В 1827 году его сослали в село Олонки, где записали «в окладе по крестьянскому званию». Здесь он много времени уделял просветительной деятельности, органи­зовал училище для детей, а также школу для взрослых, стремясь внушить крестьянам, что «ученому везде легче». Раевский женился на местной крестьянке Середкиной, обучил ее грамоте. В Олонках построил дом, а вокруг него разбил большой и красивый сад. Стройные ели и тенистые акации этого сада сохранились до наших дней. После амнистии Раевский в 1858 году вернулся в Европейскую Россию. Но прожил там недолго. Вновь столкнувшись со старыми порядками, Владимир Федосеевич вернулся теперь уже в родные Олонки, где и умер в 1872 году. В наши дни стало традицией проводить литератур, научные чтения памяти В. Ф. Раевского. Они про­водятся ежегодно в селе Олонки, в библиотеке имени В.            Ф.Раевского. Имя выдающегося просветителя носит и местная школа.

          Центром культуры села Урик был большой дом Волконских, построенный в конце 1838 года. В 40-х го­дах декабристам разрешили жить в Иркутске. Волкон­ские в 1845 году переехали сюда и поселились в своем новом доме. Вскоре этот дом (переулок, где он находит­ся, носят имя Волконского) превратился в центр обще­ственной жизни Иркутска. Там устраивались литера­турные вечера, спектакли, концерты. Здесь проездом бывали И. И. Пущин, В. К. Кюхельбекер. Дома декаб­ристов посещали не только товарищи по ссылке, но и все, кто принадлежал к культурному иркутскому об­ществу. Белоголовый пишет в воспоминаниях, что декабристы не кичились своим происхождением, не подчеркивали свое превосходство в обращении, а, на­против, старались искренне и тесно сблизиться с окру­жающими и передать им свои познания. Все это бла­готворно сказывалось на нравах, развивало интерес к науке, литературе и искусству.

          С.Г. Волконский, уже живя в Иркутске, не терял связи с крестьянами. Как вспоминал Белоголовый, он «...летом пропадал по целым дням на работах в поле, а зимой любимым его времяпрепровождением в горо­де было посещение базара, где он встречал много приятелей среди подгородних крестьян и любил с ними потолковать по душам об их нуждах и ходе хозяйст­ва. Звавшие его горожане не мало шокировались, ког­да, проходя в воскресенье по базару, видели, как князь, примостившись на облучке мужицкой гелеги, с нава­ленными хлебными мешками, ведет живой разговор с обступившими его мужиками, завтракая тут же вмес­те с ними краюхой серой пшеничной булки». С Большим уважением у крестьян в деревне Малой Разводной пользовались декабристы А. П. Юшневский, А. 3. Муравьев, братья Борисовы. Они учили детей, ле­чили крестьян, оказывали им материальную помощь. Декабристы провели большую работу по изучению сибирского края, оставили труды по истории, геогра­фии и этнографии.

       Каторга и ссылка не сломили дух декабристов. Они оставались врагами крепостничества и самодержавия. Герой Отечественной войны 1812 года, один из органи­заторов Северного общества и единомышленник Пес­теля— подполковник М. С. Лунин говорил, что насто­ящая деятельность для декабристов началась здесь, в Сибири, где они «призваны словом и примером слу­жить делу, которому себя посвятили». В своих политических статьях и манифестах, таких, как «Рабы», «Взгляд на русское Тайное общество с 1816 до 1826 года», «Разбор донесения тайной следственной комиссии государю императору в 1826 году», «Письма из Сибири» и другие, которые в рукописях расходились по многим городам. М. С. Лунин выступал как непри­миримый противник царизма. Пропагандируя в этих работах идеи декабристов, он сделал попытку и кри­тически осмыслить тактические принципы движения дворянских революционеров. Революционная публицистика Лунина перешагнула тюремный кордон и дошла до мыслящей России.  Царизм поспешил упрятать Лунина подальше. Из Урика он был паправлен в Акатуйскую уголовную тюрьму, где через четыре года умер в одиночной камере.

           В 1856 году, после ЗО-летней каторги и ссылки, декабритсы получили амнистию. Не всем им было суж­дено вернуться и Европейскую Россию. Многие умерли раньше. Из 121 сосланного в Сибирь в живых осталось 19 человек, 16 из которых вернулись в Россию. Но ир­кутяне бережно хранят память о них, пионерах про­свещения в Сибири. В ограде бывшегоЗнаменского монастыря в Иркутске похоронены Н. А. Панов, П. A. Муханов., В. А. Бечаснов., Е. И. Трубецкая и ее дети. Генерал-интендант А. П. Юшпенский и полковник А. 3. Муравьев были похоронены на Малой Разводной. В связи со строительством Иркутской ГЭС их останки перенесены на Лисихинское кладбище в Иркутске. На могилах поставлены памятники.

         В Иркутске создается крупный мемориальный ком­плекс. Его зона будет занимать два квартала, ограни­ченных улицами Октябрьской Революции, Энгельса, Декабрьских Событии и Дзержинского. Реставрированы два старых дома, в них открыт музей декабристов. 

              Ежегодно в декабре в музее проходят декабристские вечера. В Восточно-Сибирском книжном издательстве уже несколько лет выходит серия «Полярная  звезда», фундаментальное издание, включающее в себя письма, записки, дневники декабристов, отбывавших каторгу и ссылку в Сибири.