Выбери язык

English French German Korean

Ваши отзывы о турбазах

Лапин Альберт Янович

      Улица Альберта Лапина (Кировский район) — одна из старейших в городе. В 1726 г. российский посол в Китае Савва Рагузинский привел в город солдат для укрепле­ния местного гарнизона. Тогда и выросли Солдатские слободы (улицы). Вначале улица называлась 2-й Солдат­ской, с 20-х гг.— 2-й Красноармейской. Новое название дано в 1967 г. На улице находятся жилые и администра­тивные здания.

     Русоволосый командир, латыш лет двадцати, сидел в приемной командующего 5-й Красной Армией. Подо­шел адъютант.

- Пожалуйста, товарищ Лапип, командарм вас ждет.

     Альберт Янович зашел в кабинет, опираясь на трость. Из-за стола навстречу ему вышел Тухачевский.

- Ну, начдив, рассказывайте о здоровье. Как нога? Не трудно ли будет воевать?

- Что вы, Михаил Николаевич! Прекрасно себя чувствую. Побаливает, но воевать могу. Врачи совето­вали больше ходить...

 - Теперь вам придется больше ездить,— сказал командарм.— После Омска колчаковцы бегут, только догоняй. Так что знания маневренной войны пригодят­ся. Надеюсь, не забыли...

 - Как же забыть!

     И в памяти Лапина промелькнули первые встречи с командармом. Это было летом 1918 года: эшелон доб­ровольцев прибыл из Москвы на Восточный фронт. Стали распределять по частям. Лапина вызвал на бе­седу представитель штаба армии.

 - Ну, товарищ, расскажи свою биографию.

     Что он мог рассказать о себе? Ему казалось, что и биографии у него никакой нет.

     Отец — коммунист, работал на рижском заводе «Проводник». После революции 1905 года попал в «чер­ные списки», пришлось с семьей переехать в Москву. Поступил на завод «Богатырь». Имел четверых сыновей (все они потом стали командирами Красной Армии). Он, Альберт, старший. Окончил высшее начальное училище, потом занимался в торговой школе. Шест­надцати лет пошел на тот же завод, что и отец. Стал грузчиком, работал по 12 часов, но вечерами учился в коммерческом училище. Первым политическим нас­тавником был отец. Благодаря ему, он узнал о Марксе, прочитал «Манифест Коммунистической партии». В июне 1917 года в Лефортовском райкоме партии боль­шевиков получил партийный билет, стал организатором молодежи своего района, вступил в Красную гвардию. В ноябрьские дни повел красногвардейский отряд на штурм Алексеевского военного училища, а потом и — Кремля, где засели офицеры и юнкера. Власть Советов победила. Он стал членом Главного штаба Красной гвардии Московской губернии, участвовал в подавле­нии эсеровского мятежа в Ярославле.

- А как с теорией военного дела? Знакомы? — спро­сил представитель штаба армии.

 - Несколько раз штудировал суворовскую «Науку побеждать», читал военные работы Энгельса.

 - Это хорошо! — заметил представитель штаба и подал руку.— Ждите назначения.

На следующий день ему вручили приказ. В нем было написано, что Лапин Альберт Янович назначается комиссаром разведотдела штаба 5-й Крас­ной Армии. Весной 1919 года он стал уже комиссаром полевого управления штаба. В это время прибыл новый командующий Тухачевский.

— Вот что, комиссар,— сказал однажды командарм после дружеской беседы,— вашим военным образова­нием буду руководить я.

     Набралась целая группа учеников. Тухачевский разбирал с молодыми командирами боевые операции, давал список книг для прочтения, спрашивал материал.

     Лапин быстро овладел азами военной науки, и вско­ре его назначили командиром 232-го Смоленского стрелкового полка 26-й дивизии. С ним прошел он бое­вой путь от Челябинска. В штыковой контратаке был ранен, а полк наградили вскоре Почетным революци­онным Красным Знаменем. В это время Лапин лежал в госпитале. Пуля застряла в позвоночнике.

     Только через четыре месяца он смог двигаться с помощью костылей. Врачи дали заключение: «К воен­ной службе не пригоден». На комиссии Лапин возму­щался, требовал... Потом написал заявление в Ревво­енсовет. Там его помнили. Решили — пусть сидит за оперативными сводками в штабе.

     Лапин терпеливо собирал сводки. Много занимал­ся физкультурой, сменил костыли на трость. А потом решительно заявил: «Не могу в штабе, мое место на фронте».

     В присутствии членов Реввоенсовета ходил, делал упражнения, даже плясал. Никто не заметил, какую адскую боль пришлось ему преодолеть. Альберта Яно­вича назначили начальником 30-й стрелковой дивизии. И вот молодой начдив пришел к командарму.

— Дивизия пойдет в авангарде,— говорил Тухачев­ский.— Враг будет стремиться оторваться, уйти из - под удара. Смело используйте фронтальные в парал­лельные преследования. Враг не должен уходить без­наказанно.

     Пожимая на прощанье руку, командарм сказал:

-  Хорошую дивизию приняли, там настоящие бо­гатыри.

     30-я дивизия родилась на заводах и в рабочих по­селках Урала. Под командованием Блюхера она брала Пермь, Кунгур, Красноуфимск, Екатеринбург, То­больск. От Омска неотступно преследовала против­ника. Двигалась быстро.

     После боев у станции Тайга Лапин послал одну бригаду на Томск. Совместно с партизанами она в 35- градусный декабрьский мороз разбила несколько ди­визий 1-й колчаковской армии.

     Колчаковцы, отступая на восток, пытались спасти части, увести их из-под удара. Но 30-я дивизия про­тивостояла этому. Под Мариинском одна из бригад полностью разгромила егерские полки второго корпу­са и корпус охраны генерала Пепеляева. В результате фронтальных ударов 1-я и 2-я колчаковские армии были отсечены от основных частей и прижаты к линии железной дороги. Оставшуюся 3-ю армию загнали вглубь тайги, лишив ее путей отступления ка Крас­ноярск.

     Морозы, бездорожье, глубокий снег сдерживали наступление красных.

 - А что если использовать подводы? — предложил Лапин.

     Так и решили. Отобрали лучших лошадей, посадили бойцов в сани. Повел отряд командир 88-й бригады Иван Грязнов. За один день отряд прошел 100 верст и через три дня оказался около Ачинска. Колчаковцы решили удержать город, подтянули силы. Но было уже поздно. Лапин разгромил и 3-ю колчаковскую армию. Ее остатки под Красноярском попали в ловуш­ку. Грязнов захватил штаб армии и приказал от имени генерала Пепеляева ее частям выйти в районы, заня­тые 30-й дивизией, где их взяли в плен.

     Дивизия Лапина неотступно преследовала остатки колчаковских армии. В это время по всей Сибири сви­репствовал тиф. В холодных нетопленых избах лежали вповалку и хозяева, и беженцы, и солдаты. Дивизия теряла все больше людей.

     Вскоре авангард дивизии догнал противника. Бес­прерывно происходили боевые столкновения. В поле­вой штаб постоянно поступали донесения: «Настиг авангард армии генерала Сахарова. В бою взято четыре орудия, 10 пулеметов, полторы тысячи пленных. Двигаюсь между частями противника к селу Алтай. Соломатин».

«Я на станции Боготол, — доносил командир полка Кузнецов,— взято более тысячи пленных. Пути забиты эшелонами». При осмотре трофейного подвижного состава на станции Боготол комиссар С. Н. Кожевни­ков даже присвистнул от удивления: 90 исправных паровозов, почти 800 вагонов! Да это целое богатство!

      Колчаковские части стремились оторваться от крас­ных и уйти за Енисей. Лапинцы их не выпускали. В штаб дивизии явились представители Красноярского большевистского ревкома и обрисовали обстановку в городе. Лапин посоветовал им держать связь с диви­зией. 4 января Старобазарную площадь города запол­нили рабочие дружины, а также восставшие солдаты 8-й Сибирской дивизии. Ревком провозглашает в Крас­ноярске власть Советов. Восемь тысяч повстанцев ор­ганизовали еще один фронт в тылу Колчака.

     Генерал Каппель решил с ходу взять город и бро­сил в наступление 15 тысяч солдат. Повстанцы сража­лись мужественно. 5 января каппелевцы были оттес­нены. Основные колчаковские силы обошли город с севера. Но им преградила путь 30-я дивизия. Началась массовая капитуляция белых. Лишь отдельные их от­ряды в темноте перешли Енисей. Вечером 6 января 1920 года в Красноярск вступили советские войска. За две недели было взято в плен 3 генерала, 1400 офи­церов и 26 тысяч солдат. Богатыми оказались и тро­феи: 55 орудий. 22? пулеметов, 4 аэроплана. 4 автомо­биля. В санном обозе оказалось 25 пудов награбленного золота и 8 тысяч пудов серебра. На станциях Бугач и Минино красногвардейцы перехватили готовых к от­правке 20 эшелонов, здесь же был и штабной поезд генерала Войцеховского (сам он со штабом удрал). Из захваченных 5 бронепоездов Лапин сформировал особый дивизион, а 5 тысяч трофейных повозок вошли в обоз.

     Отдельные красноармейские части показывали чудеса храбрости. Так, 263-й полк Соломатина в райо­не села Балахтинского принудил сдаться в плен две вражеские дивизии, в которых было 12 тысяч солдат и 3 тысячи офицеров. Полк был награжден Почетным революционным Красным знаменем.

     Одиннадцать дней простоял штаб 30-й дивизии в Красноярске. Ведь со 2 по 7 января она захватила в плен свыше 60 тысяч солдат и офицеров, и с ними надо было что-то делать.

     Теперь организованную силу составляли только белочехи и польские легионеры. Их было тысяч сорок. Белополяки без сопротивления складывали оружие, они помнили, как им досталось от 30-й дивизии на стан­ции Тайга. Белочехи же, надеясь на свою силу и тех­нику, продолжали военные действия, оставляли после себя разрушенные железнодорожные станции. Но 4 марта 1920 года последний эшелон чехословаков по­кинул Иркутск.

     7 марта 1920 года 30-я дивизия выгрузилась из ва­гонов в Иркутске, чтобы пройти по городу торжест­венным маршем. Грязнов и Кожевников ехали верхом впереди войска. Через Ангару по накатанной зимней дороге дивизия вступила в город через триумфальную арку из прозрачного льда. Ее украшали лозунги: «При­вет освободителям», «Да здравствует Советская власть!». У арки возвышалась ледяная статуя рабоче­го. Гремели оркестры. Шли полки уральцев и сибиря­ков, развевались над ними боевые Красные знамена, которые они пронесли от Урала до Ангары. На Тихвин­ской площади выстроился шпалерами местный гарни­зон, представители комитета большевиков, профсою­зов, делегации рабочих. За ними — море человеческих голов. С аэропланов на площадь сыплется дождь лис­товок. Потом войска проходят по Большой улице, ми­мо ревкома. Еще совсем недавно здесь маршировали колчаковские егери, гарцевали казачьи сотни, прохо­дили колонны интервентов. Все они разбиты и изгна­ны. Идут полки 30-й дивизии 5-й Красной Армии.

— Сегодня мы чествуем лучших сынов Красной Армии, вышедших из уральских заводов, поволжских, сибирских сел,— взволнованно говорит председатель ревкома А. А. Ширямов.— Сегодня мы славим героев тридцатой. Пройден великий путь, впереди осталось мало, победа будет за нами.

     Вечером состоялись концерты и спектакли. Город иллюминирован. Красноармейцы любовались искусно сделанными ледяными статуями, изнутри освещенны­ми  электрическими лампочками. Веселье и музыка затихли только к полуночи.

     За активное участие в разгроме армии Колчака 30-я дивизия награждена Почетным революционным Крас­ным знаменем. Позднее ей было присвоено имя Ир­кутской. Орденом Красного Знамени награжден нач­див Лапин.

  ...В июне 1920 года Лапин, командир бригады 27-й Краснознаменной дивизии, выехал из Иркутска на За­падный фронт.

     Штаб Западного фронта находился в Смоленске. Поляки захватили большую часть Украины, Бело­руссии.

     Июльская ночь. Звезд не видно на черном небе. На берегу Березины заняли позиции 80-я и 81-я бригады под командованием Лапина. Под утро красноармейцы форсировали реку и первыми ворвались в Минск. За эту операцию Лапин был награжден вторым орденом Красного Знамени. 10 дней его бригады безостановоч­но наступали: с ходу форсировали Буг. Поляки, полу­чив подкрепление с запада, выставили 12 свежих пол­ков. Начались тяжелые бои. Лапинцы храбро дрались, но подкрепление не подходило. Слишком далеко за­шли авангардные части. Стали отходить.

     Под Волковыском пошли в контратаку, разбили польскую дивизию, вторую обратили в бегство и за­хватили город. Лапин был награжден третьим орденом Красного Знамени.

     После завершения боев на Западном фронте Лапин получил новое назначение. Под руководством военно­го министра Дальневосточной республики прославлен­ного полководца Блюхера из отдельных партизанских соединений формировалась армия, которая готовилась к решительным боям на Дальнем Востоке. Лапин стал командующим Приморской армией. Ему было тогда 22 года. Это был самый молодой командарм в Крас­ной Армии.

     В конце 1922 года Лапин поступил в военную ака­демию, много работал над собой, изучал английский язык. Вскоре его направили советником в Китай. Вмес­те с Блюхером они создавали национальную револю­ционную армию. Позднее Лапин был командиром кор­пуса в Иркутске.

     Летом 1929 года начался конфликт на КВЖД. Ки­тайские милитаристы, грубо нарушив соглашение 1924 года о совместном управлении Китайско-Восточной железной дорогой, захватили телеграф. Последовали налеты на пограничные заставы и населенные пункты. На границе враг сосредоточил большие силы.

     Все мирные предложения китайской стороной от­клонялись. Советское правительство приняло решение  о создании особой Дальневосточной армии. Командую­щим был назначен Блюхер, Лапин — начальником шта­ба. Обстановка с каждым днем осложнялась. Участи­лись налеты на погранзаставы, на Амуре появились китайские мины. Особой армии пришлось начать воен­ные действия.

     ...Советский командный монитор «Красный бурят», на котором находился Лапин, появился в устье Сунгари неожиданно. Шквальным артиллерийским огнем бы­ли обстреляны укрепления противника. В воздухе появились наши самолеты, сбросили бомбы. Пулеметы с монитора вели огонь по окопам. В бой вступили де­сантники. Вскоре город Лихасасу окружили и взяли, белокитайскую флотилию уничтожили. За Сунгарийскую операцию Лапина наградили четвертым орденом  Красного Знамени.

     Однако этот урок не охладил пыл китайских милитаристов. В середине ноября они сосредоточили на границе две армии: одну в Приморье в районе города Мишань-Фу, другую — в Забайкалье и готовили напа­дение на советский Дальний Восток. Нужно было упре­дить врага. Мишаньфунскую операцию разработал и блестяще осуществил Лапин. Ударами с тыла, фронта и воздуха советские войска разгромили первую Мук­денскую дивизию и заняли вражеский оплот — Ми­шань-Фу.

     Так же успешно под руководством Блюхера была проведена операция по разгрому забайкальской груп­пировки противника.

     В 1931 году Лапин стал во главе Управления боевой подготовкой рабоче-крестьянской Красной Армии. У него вдруг проявился серьезный интерес к авиации. Он изучил самолет, научился летать, даже делал фи­гуры высшего пилотажа. По просьбе Лапина, его на­правили помощником командующего Белорусским во­енным округом по авиации. Он прошел курс обучения в Качинском летном училище.

     Наступили тревожные 30-е годы. На востоке Япо­ния, захватив Маньчжурию, готовилась к нападению на Советский Союз. Вдоль границы она разместила огромную армию. Лапин, как опытный волевой коман­дир, назначается командующим советскими дальневос­точными военно-воздушными силами. В 1936 году он награжден орденом Ленина.

     В годы культа личности Альберт Янович Лапин был репрессирован и погиб. Реабилитирован посмертно.

     Имя героя гражданской войны А. Я. Лапина навеч­но вошло в историю Советских Вооруженных Сил.